«Франция подавлена, Франция напугана»: почему Макрон не может разрешить миграционный кризис в стране | prostonovosti
  • Пн. Сен 20th, 2021

prostonovosti

Основная тематика нашего сайта, это события происходящие в тех странах которые могут каким то образом повлиять на ситуацию в России. Мы не ограничиваемся просто публикацией новостей, мы даём свою собственную оценку того или иного события, которое имеет отношение к нашей стране.

«Франция подавлена, Франция напугана»: почему Макрон не может разрешить миграционный кризис в стране

Бунт французских генералов обнажил одну из проблем страны, с которой не может справиться президент Макрон. Офицеры и генералы, написавшие это письмо, по французским законам должны оставаться вне политики. Однако проблема — рост радикального исламизма и, как следствие, внутренний кризис — почти гражданская война — требует мужества, чтобы сказать то, о чем в Европе обычно говорят дома, но в эпоху диктата политкорректности — отрицают или осуждают публично. «Происходит развал, который, используя идеологию исламизма и наличие молодежных банд в пригородах, приводит к отделению от страны множества ее общин и превращению их в территории, которые подчиняются своим средневековым обычаям, противоречащим нашей конституции.

Времени на промедление нет, иначе завтра гражданская война положит конец этому нарастающему хаосу», — говорится в тексте письма. Власти Франции сразу же осудили авторов письма. Обвинили их попытке мятежа, сравнив ситуацию с восстанием в Алжире — по совпадению, практически день в день, 60 лет назад французские военные так же пытались сохранить целостность империи и выступали против предоставления независимости Алжиру. Сейчас же офицеры заявили, что готовы взять власть в свои руки — последовать за тем, кто наведет порядок, если Макрон не может. Президент Франции в ответ пообещал разобраться не с проблемой, а с самими генералами — ввести санкции против подписавших письмо. «Эти генералы в индивидуальном порядке предстанут перед высшим военным советом.

После — президент подпишет постановление об их отстранении от службы», — заявил начальник штаба Вооруженных сил Франции Франсуа Лекуантр. Среди поддержавших вызов военных публично — лидер партии «Национальное объединение» Марин Ле Пен. Она уже давно говорит о существовании большой проблемы — миграционного кризиса. Ле Пен не хочет закрывать глаза или политкорректно отрицать тяжесть ситуации.

Возможно, именно поэтому ее рейтинг как никогда высок. Вот какой ответ она написала забившим тревогу генералам. «Что я им отвечу? Что я разделяю их беспокойство, разделяю их утверждения, и я считаю, что эти проблемы решаются политически, политическим проектом, которые французы должны одобрить, конечно же в рамках демократической процедуры», — заявил Ле Пен. Демократическая процедура — это прежде всего президентские выборы. Марин Ле Пен — основной соперник Макрона. Предвыборная гонка уже скоро начнется. И первые очки президент Франции потерял — в отличие от Ле Пен, которая готова слушать французов. «У нее есть шанс победить Макрона на выборах. И мадам Ле Пен поддержала этих военных, потому что большинство французских граждан придерживаются абсолютно того же мнения. Недавно крупнейший французский канал провел опрос на тему того, поддерживают ли французы письмо военных Макрону.

Результаты показали, что 58% согласны с авторами письма. То есть военные высказали то, что думают большинство французов сейчас», — считает депутат  Европейского парламента от Франции по списку партии «Национальное объединение» Тьерри Мариани. Во всей Европе сейчас растет популярность правых партий. Левые, традиционно поддерживающие идею принятия мигрантов, наоборот теряют сторонников. Последние опросы показывают, что то же «Национальное объединение» Ле Пен обошло бы любую левую партию, если бы выборы прошли сейчас. Правый перевес как ответ на кризис и бездействие властей. Французов волнует исчезновение национального лица страны. В доброй старой Франции образовались гетто с многочисленными диаспорами. Целые пригороды уже не похожие на места из книжки о мушкетерах и гвардейцах Короля. Мультикультурализм не работает — люди не могут и не хотят жить вместе. И все это выливается уже в открытую агрессию. Расколотая Франция это еще и страна, где каждый живет в своем пузыре. Из иммигрантских гетто уезжают коренные французы, забирают детей из местных школ. Вот и получается, что оказывается, и внутри Франции можно ощущать себя жителями стран третьего мира. И уже мусульмане сами задаются вопросом — где же найти во Франции французов? Мы-то здесь, а где, скажем, Пьер?

Об этом президента Макрона недавно спросили напрямую. «Я училась в республиканской школе, где наблюдалось большое этническое разнообразие, чего, к сожалению, я теперь больше не вижу. Люди больше не отправляют детей в школы в том же районе, и это действительно очень плохо. Господин президент, моему сыну восемь лет, и он спросил, существует ли на самом деле имя Пьер или оно используется только в книгах — что показывает, насколько не хватает этнического разнообразия в нашем районе. Это действительно серьезная проблема», — спросила президента жительница Монпелье Наима Амаду. Столкновение культур приводит не только к непониманию, но и к агрессии. В том числе к ее крайним проявлениям — терактам. Последний случай произошел неделю назад. Сотрудницу полиции зарезали прямо у входа в полицейский участок. Нападавшим оказался мигрант из Туниса. «Мы выдвинули обвинения в убийстве, которое квалифицируем как террористический акт», — заявил глава национальной прокуратуры по борьбе с терроризмом Жан-Франсуа Рикар.

Франция переживает шок за шоком. В прошлом году мир потрясла новость об убийстве французского учителя, рассказавшего детям о карикатурах Шарли Эбдо. Затем последовали нападения на прихожан христианского храма в Ницце, атаки в Париже, и в Авиньоне. «44% всех террористических угроз в Европе Приходится на Францию. И 42% людей, которые стали жертвами террористов были гражданами Франции. В этой стране проблема действительно стоит остро», — считает Мариани. Французы с одной стороны терпят миграционный кризис — новая либеральная этика подталкивает к этому, а с другой — готовы выйти на улицу на протест. Правда все чаще это демонстрация единства после очередного теракта. «Франция подавлена, Франция напугана. Она боится терроризма и джихадистов. Это политическая проблема. Мы гадаем кто будет следующей жертвой», — рассказа жительница Парижа

Чем больше власть бездействует в этом неполиоткоректном столкновении, тем сильнее может быть обратная реакция. И письмо военных — яркий пример. И даже сторонники мультикультурализма признают, что проблемы существуют, но по традиции уверяют — все в порядке. Идет притирка — мигрантов еще можно интегрировать.

«Это сейчас международная проблема. Во Франции, может быть, больше, потому что во Франции 10% населения — мусульмане. Мы должны им сказать «мы вас любим». Но мы не знаем как сказать. Но я думаю, что наш президент — человек молодой. Он слушает, что ему говорят, и он научится. Все учимся», — заявляет публицист Марек Хальтер.

Мигранты не хотят или не могут интегрироваться. Зато быстро учатся защищать свои права. То же самое движение Black Lives Matter в Европе приобрело новый оттенок — мигрантский — как борьбу старых ценностей с новыми.

Причем сами протестующие попытались на фоне борьбы с расизмом переписать историю — снести памятники, составить позорные списки выдающихся европейцев и даже убрать засилие классической белой музыки из учебного расписания. При этом активисты понимали, что их самих в такой момент не тронут — побоятся обвинений в расизме. Поэтому протесты зачастую перерастали в погромы и столкновения с полицией.

В Британии пришлось спасать даже памятник Черчиллю. Движение BLM обвинило легендарного британского премьер-министра в расизме. В разгар беспорядков памятник пришлось закрыть защитным экраном от вандалов и взять под охрану полиции. И хотя от разрушения монумент все же уберегли, с постамента пришлось смывать оскорбительные надписи.

И именно сейчас, когда кризис приобрел такие угрожающие масштабы, Европа, кажется, начала нарушать многолетнее молчание. Ответная реакция на нерешенную проблему наконец началась. Сперва либеральная Швейцария на референдуме проголосовала за запрет ношения хиджабов в общественных местах. Вроде, мелочь, но для Европы швейцарские плебесциты всегда были показательным моментом.

На этой неделе во Франции появился новый закон о борьбе с терроризмом. Он позволяет контролировать финансирование мечетей и даже закрывать их, если обнаружатся следы пособничества терроризму. На словах закон применяется к любым учреждениям, но на деле все понимают, для кого принимаются эти жесткие законы. «Мы столкнулись с угрозой, которую сложно обнаружить. В этих условиях государство и система правосудия должны получить новые инструменты для обнаружения и отслеживания опасности», -заявил премьер-министр Франции  Жан Кастекс. Да и в самом Евросоюзе меняется политика открытых дверей. Нелегалам здесь теперь демонстративно не рады. На этой неделе в Брюсселе опубликовали новый план депортации беженцев. Сотрудникам пограничных служб дали больше прав в борьбе с незаконными мигрантами. Перемены в Европе по традиции чаще всего начинаются со Франции — такой уж у нации культурный код. Французы не хотят терпеть и молчать. Так что не удивительно, что новые Европейские перемены, вполне возможно, начнутся с новой французской революции. ¦

источник