Авторский взгляд на события в мире.
Главная / Сочи / Что там за горами? Продолжение.

Что там за горами? Продолжение.

 

Предыдущая часть здесь.

Тропа, змеясь серой лентой то по негустому лесу, то по скальному боку, то по зеленой поляне, украшенной голубыми куртинками касатика сибирского и темно-фиолетовыми колокольцами рябчика русского, вывела, наконец-то, нас на Аспидный. Здесь весна только-только наклюнулась – узкий, как обушок тесака, этот отрог Джуги, протянувшийся точно по меридиану, рыжеет прошлогодней травой. А на скальной стенке севернее тропы стоит увенчанный бронзовой звездой скромный, из дикого камня обелиск – памятник погибшим здесь под снежной лавиной старшему научному сотруднику заповедника Владиславу Андреевичу Котову и лаборанту Александру Вадимовичу Вишневскому: «Горы взяли тех, кто любил их»… Спешившись, мы поднялись к обелиску, помолчали. А Николь положила к его подножию букетик цветов…
Вторая наша группа подошла через час – пришли уставшие и голодные. Пока перекусывали, рассказывали, что видели в скалах и туров, и серн и даже медвежью свадьбу – редчайшее наблюдение!
Задерживаться на перевале не стали. Хотя небо было ясное, солнце припекала – июнь ведь! – и легкий приятный ветерок ерошил чубы, Козменко обеспокоено поторапливал: «Не расслабляйтесь, мужики. Аспидный коварен – сейчас ласкает, через час засечет градом!». Знал министр, что говорил, опытный горный бродяга – выросший в адыгейский предгорьях, смолоду исходивший горные тропы с рюкзаками за спиной, Георгий хорошо изучил все особенности горного климата. И угадал ведь! С лихим посвистом налетел на нас вдруг ледяной ветер, из колючих скал Джуги выпрастали серые когтистые лапы черные облака и потекли вниз, к перевалу, заклубились, заполняя расщелины, оседая мельчайшими капельками на камнях, на наших лицах, на седлах, на крупах лошадей. А ведь только что жарко палило солнце!

  • Подталкиваемые ветром, мы быстренько перевалили на северную сторону и затрусили вниз, торопясь и оглядываясь. Спустились в лес – и заспорили: куда идти дальше? Тильба, как начальник экспедиции, настоял: на Грустную! Там добротная караулка, там нас ждут лесники-госинспекторы Северного отдела. А до Сенной нам сегодня не добраться. Ладно, пошли на Грустную – по крутояру, по сыпучим снежникам, скрывавшим тропу. Подлая вещь, эти самые снежники, сохранившиеся до лета! То плотные и скользкие – лошадиный след ложится поверху, едва углубляясь, то рыхлые – проваливаешься по колено, они выматывают силы и саму душу, и карабкаешься ты по такому снежнику взмокший, сопя и чертыхаясь. А тучи садились все ниже, они догнали нас на крыльях злого ветра и сыпанули колючей снежной крупой.

Сильно потемнело. Ветер прошелестел где-то по верхам и внезапно притих. И вдруг полыхнуло яростным сиреневым огнем, и над нами громыхнуло, да так, что кони, прижав уши, сами рванулись в лес, под пихты. Закружило, завьюжило, ударило ледяной шрапнелью – градины с голубиное яйцо больно били по рукам, секли лицо, прыгали, словно резиновые мячики, по прижавшейся к земле траве, и через несколько минут все вокруг укрыл белый зернистый полог. Молнии били непрерывно, и от грохота грома заложило уши. Кони жались друг к другу, к людям, а мы прижимались к коням. Козменко как-то умудрился выпростать большую черную пленку – ее хватило укрыть лошадей, Мартина и Николь, и ему самому места хватило. Все остальные сгрудились под широким подолом старой пихты. Не менее часа бушевала и моталась по лесам и ущельям снежная гроза. Мы промокли и жутко замерзли. Но не эта беда была главной – потерялись где-то в дебрях наши пешеходцы. Кричали, стреляли – только эхо отзывалось нам. Посовещались, сообразили: на Грустную они без нас не пойдут, спустятся к балагану в лагере Исаева. Так оно и получилось – сошлись в одной точке.

 

  • Балаган – не балаган, домишко – не домишко… Стоит на полянке у обрыва сруб кусками толя прикрытый, всеми ветрами продуваемый, всеми дождями промываемый. Нары, притрушенные полусгнившим сеном, узкие: поперек ляжешь – ноги свисают; дверь на одном завесе болтается. Правда, печка железная есть. Есть даже что-то вроде стола. В общем, помещеньице. Как в нем разместиться дюжине мужиков и одной женщине – проблема! «Эх, ребята! А на Грустной шикарная караулка, – упрекает всех Тильба. – Может, рванем туда, пока еще светло?». Да нет уж, какое там «рванем» – все мокрые, уставшие. И к тому же – отсюда видно! – тропа на Грустную под большим снежником, да еще свежим градом присыпало.

«Нет, мужики, давайте здесь устраиваться!» – подвел скорый итог общему унынию Козменко. Начали устраиваться. Кто-то предложил укрыть домишко палатками – вместо крыши. Лесники смели с «крыши» снег, развернули две палатки – получилось неплохо. Во всяком случае, тепло уходить не будет, да и в случае дождя прикрытие. А когда пыхнула жаром печка – и вовсе стало веселее. Заполыхал костер и за порогом, и ветер разнес по горам запахи макаронного супа с тушенкой. Жить можно!

 

А вот ночевать… Обеспокоила особенно Николь – промокшая и иззябшая, она даже росточком меньше стала. Мартину было полегшее – мужик ведь, да и переодеться в сухое как-то умудрился: не зря же он не снимает небольшой рюкзак. Сразу видно – опытный путешественник. «Михалыч, – пошел ко мне Сергей Дмитриенко, – мы хотим устроиться под пихтой – балаган из пленки натянем. Может, гостей туда, к нам?…» Так и сделали: предложили Мартину и Николь переночевать в балагане вместе с инспекторами. А мы уж как-нибудь… Не впервой. Разместились, кто как сумел.

Предыдущая часть здесь.

Ппродолжение

Рекомендуем к прочтению:

Наши походы

СОЧИ-ПАРК. ИМЕРЕТИНСКАЯ БУХТА СЕГОДНЯ.

 

 

Понравилась статья? Посоветуйте её своим друзьям!
Share on vk
VK
Share on odnoklassniki
OK
Share on facebook
Facebook
Share on telegram
Telegram
Share on whatsapp
WhatsApp
Популярные события

Трудовые мигранты. Конфликт неизбежен.

Рано или поздно режим карантина закончится и граждане России начнут выходить на работу. Очень большая вероятность что те рабочие места на которых они работали, будут